Язык чеченцев относится по лингвистической классификации к иберийско-кавказской семье языков. Чеченский язык – государственный язык Чеченской Республики, входит в нахскую группу языков, которую составляют чеченский, ингушский и бацбийский языки. Первый и второй – литературные, а третий – бесписьменный. Наиболее раннее описание нахских языков было дано во второй половине 18 века в большом сравнительном словаре Екатерины II. В этом словаре приведено около четырехсот слов с ингушскими и бацбийскими параллелями. В 1888 году барон П.К. Услар, описывавший по заданию Генштаба горские языки, выпустил капитальный труд «Чеченский язык», где была изложена грамматика чеченского языка.

Композитор Митрофанов Андриан Павлович родился 8 сентября 1895 года в г. Петербурге и умер в 1955 году в г. Ростове на Дону. В 1932-1936 гг. он работал научным сотрудником Северо-Кавказского горского научно-исследовательского института. Музыкальное творчество Андриана Павловича широко и многогранно. Он автор многих музыкальных произведений, часть из которых относится к горской тематике.

За свою историю ингушский народ прошел два религиозных этапа: языческий, христианский и, в настоящее время, находится на третьем – мусульманском. Религиозным верованиям ингушей посвящены различные литературные источники, но не менее интересный и содержательный материал имеется в неопубликованных письменных источниках из архивохранилищ федеральных и региональных архивов страны.

Восстановленная Ингушетия сегодня стоит перед необходимостью определить свою судьбу и свое место в этом мире. Но без прошлого нет и будущего. Мы должны знать свои корни и свои истоки.

Говоря о необходимости иметь историческую память, Чингиз Айтматов писал: «Человек без памяти прошлого, поставленный перед необходимостью заново определить свое место в этом мире, лишенный исторического опыта своего народа и других народов, оказывается вне исторической перспективы и способен жить только сегодняшним днем».

К основным элементам ингушского нравственного сознания относились своды идей, представлений, воззрений, определяемые универсальными народными понятиями: сий (честь), эхь (совесть), эздел (народный кодекс чести и благородства), бехк (не переводимое дословно: избегание того, в чём могут упрекнуть, обвинить), яхь (стремление быть достойным в поступках и делах, не отставать от лучших, а превзойти их в этом стремлении) и др.

Их значение было столь велико, что некоторые играли роль моральных принципов, а понятие «эздел» приобрело статус названия всей ингушской национальной морали и народной этики, о чём уже говорилось ранее.
Прежде чем приступить к рассмотрению нравственных понятий и терминов ингушского языка и этики, ещё раз подчеркнём, что их основная идея и направленность определяются указанными категориями. Наиболее универсальной из этого ряда, определяющей всю систему рассматриваемых в этой главе нравственных понятий и терминов является именно категория «эздел».
Судя по фольклорным материалам, традициям, обычаям и обрядам, ингушскому языку, его лексике, эздел предки ингушей почитали превыше всего на равнее с сий. Эздел определяет наиболее достойные нравственные нормы поведения и жизни человека с точки зрения ингушского общественного сознания. Эта категория в качестве эталона так или иначе присутствует во всех позитивных и негативных нравственных понятиях и терминах, хотя само это слово называется не часто, но его содержание подразумевается, имеется в виду, определяя нормы, принципы, правила данной этики и случаи их нарушения.